ZX Spectrum в России: группа NedoPC о «Спекки» XXI века Андрей Письменный

ZX Spectrum в России: группа NedoPC о «Спекки» XXI века

Андрей Письменный

Опубликовано 21 апреля 2011 года

История «Спектрума» в России. Пятнадцать лет назад самым популярным компьютером в России был ZX Spectrum. Как появились первые клоны «Спектрума», и почему они создаются до сих пор?

В комнате четверо: я, двое членов группы NedoPC — Роман Чунин и Максим Тимонин — и Алексей Алексеенко из творческой группы «3A-Soft», демосценер и художник. Мы собрались, чтобы обсудить компьютер ZX Evolution, созданный силами NedoPC, посмотреть на спектрумовские демо, обсудить прошлое и будущее ZX Spectrum. По той же комнате бродит и пятый безмолвный участник — белая кошка Романа Чунина. Она, кстати, тоже имеет непосредственное отношение к ZX Evolution: пиксельный портрет белой кошки — его логотип.

Оригинальный «Спектрум» в том виде, в котором он был в 1983 году выпущен британской фирмой Sinclair Research, был скромной машиной даже по тем временам: 48 Кб оперативной памяти, восьмиразрядный процессор, внешним накопителем служил обычный магнитофон, а монитор заменял телевизор. Одноканальный звук, разрешение экрана — 256 на 192 и 16 цветов. В общем, небогато.

ZX Evolution, созданный силами российской группы NedoPC, не таков. У него аж четыре мегабайта оперативной памяти, выход на монитор VGA, поддержка мыши и клавиатуры PS/2, жёстких дисков и сидиромов, полноценная звуковая карта, способная воспроизводить MP3. Другими словами, он куда больше похож на современный компьютер, нежели на антиквариат начала восьмидесятых. Впрочем, одна деталь остаётся неизменной: это процессор Z80, работающий на всё той же тактовой частоте.

ZX Evolution — продолжение разработок, начатых московской компанией «МикроАРТ» ещё в начале девяностых годов: тогдашняя модификация, тоже заметно превосходящая по характеристикам классический ZX Spectrum, называлась ATM Turbo. Роман Чунин и другие члены команды NedoPC усовершенствовали его и собирают, чтобы продавать в виде плат или наборов микросхем, таким же любителям старинной техники.

Профессии у собравшихся самые разные: Максим Тимонин занимается политической журналистикой, Алексей Алексеенко работает в уголовном розыске, Роман Чунин зарабатывает фрилансом, и его работа ближе всего к тому, что принято считать настоящей хакерской деятельностью: по его словам, он «сидит дома и паяет платы». Не только для ZX Evolution — сейчас Чунин работает над операционной системой для банковских карт (нет, не для банкоматов, а именно для карт). Всех этих людей объединяет одно: они не бросили своё увлечение старым компьютером, который его создатели перестали развивать уже больше двадцати лет назад.

За ZX Evolution Чунина выстраиваются очереди: чтобы получить по почте собранный компьютер или набор микросхем, нужно вовремя оставить сообщение на форуме и подождать, пока поступит очередная партия. Заплатить придётся 3800 рублей за готовую плату или 2800 за микросхемы. О коммерции, впрочем, и речи нет: вся выручка идёт на развитие проекта. Поток покупателей в последнее время лишь растёт — это, в частности, позволило Чунину отдать часть работы на сторону, оставив себе лишь пайку разъёмов (по его словам, это самая затратная часть работы).

В NedoPС новую волну интереса к «Спектруму» считают вполне закономерной. Люди, которым в девяностые не хватало денег на компьютер получше, давно вышли из студенческого возраста и могут позволить себе небольшое ностальгическое хобби. Их старые «Спектрумы» давно вышли из строя, времени (а зачастую и умений) для их починки не хватает, так что приходится искать готовое. Поскольку интернет теперь у всех под рукой, внезапно обнаруживается, что и предложение есть, и сообщество спектрумистов никуда не делось.

Кабинет, в котором работает Чунин, похож на мастерскую волшебника — с поправкой на то, что волшебство это строго определённого толка. В шкафах стоят старые компьютеры и детали к ним, в углу прячется программатор Uniprog, который Чунин собственноручно вернул в рабочее состояние, на столе стоят массивный осциллограф и не менее внушительная пара паяльников на подставках. Кругом разложены самые разнообразные электронные платы.

Главная из них — безусловно, сам ZX Evolution, занимающий почётное место на отдельном столике. Вокруг Evolution свито внушительное гнездо из проводов: к нему подключены CD-ROM, блок питания, трёхдюймовый дисковод, пара мониторов (один можно смело назвать винтажным, второй — вполне современный, плоский), совершенно обычные клавиатура от ПК и мышь с оптическим датчиком, геймпад от приставки NES и скромные колоночки.

Роман включает своё творение и загружает с карточки SD какую-то из призовых работ российских демосценеров. Весь последующий разговор сопровождается характерными звуками восьмибитной спектрумовской музыки, а на экране мельтешат и переливаются хитрейшие спецэффекты. Требуется усилие, чтобы не поддаться ностальгическому гипнозу и начать разговор.

Компьютерра: Расскажите, с чего началось ваше знакомство со «Спектрумом».

Алексеенко: У меня отец работал на Телецентре в 1985-м. В 86-м был РК — это такой гроб, грузился с бобин. Тогда сказать в школе, что у меня дома компьютер, — это было как сказать, что видел инопланетянина. И я в 86-м году всех одноклассников из всех классов привёл домой и показал, что есть такая штука. Все обалдели просто. И буквально через год у меня уже был собран «Спектрум».

Компьютерра: Из чего? Откуда тогда все брали детали?

Алексеенко: Дело было так. Сначала приносят «портянку» — схему компьютера. Она вся в дырках, прожжённая — на ней ели-пили, чего только не делали. Её ставят, и с неё начинают делать плату. Плату травили своим способом, после этого её паяли. Она не работала и не могла работать — в схеме-то были дыры. В плате проблемы не было : она делалась, детальки напаивались, а брали их обычно там, где работали. Главный вопрос был в том, как сделать клавиатуру. Её ведь никак не выпилишь... Делали герконовые кнопки — чуть ли не ручной работы. Сорок штук.

Компьютерра: В начале девяностых стало полегче доставать детали?

Алексеенко: Тогда появилась фирма «Алкерис», она выпускала компьютер «Профи». Безбожно глючил! Но это был очень по тем временам крутой компьютер. В общем, тогда потихоньку началось кооперативное производство. Естественно, ничего близкого к родному «Спектруму» не было. Между клонами была полная несовместимость. В итоге пришли к «Пентагону-128».

Компьютерра: «Спектрум» долго был популярен, но в какой-то момент начался спад...

Алексеенко: Самый пик был в 96-м. Потом появилась «Амига» и сбила большую волну спектрумистов. В итоге она так и не развилась — слишком дорого. Но по-настоящему «Спектрум» загнулся, когда появились дешёвые IBM-совместимые машины.

Чунин: А добили всякие «Денди», потому что многие покупали «Спектрум» только для игр.

Алексеенко: Ну а те, кто брал для программирования, просто клали его на полочку. Рука не поднимется выбрасывать тот компьютер, для которого сам написал программу. Это как фотоальбом выкинуть. Как только появился наш форум (zx.pk.ru), за год туда собралось больше двух тысяч человек. Все приходят, и каждый говорит: «О, да вы здесь, да я даже и не думал!» — а потом сообщает, что у него есть такая-то программа. И до сих пор каждый месяц кто-нибудь выкладывает что-то новое. Столько новых программ мы никогда и не видели. Лично я жил в Москве и общался с людьми из Воронежа и Тулы. Программы у меня были только оттуда. Ещё у кого-нибудь могли быть программы с Украины — так и обменивались. Модем у меня у одного из первых на «Спектруме» появился. По-моему, их делал тут какой-то мужик, который работал в ФСБ и разобрал телефон, которым шифруют разговоры. И там было почти то, что нужно. И был сделан модем — продавался рублей за семь, то есть очень дёшево.

Компьютерра: И когда это было? Это дало толчок к появлению ZXNet?

Алексеенко: Году в 92-94-м ZXNet ещё не было, были только модемы. Я тогда эти провода чуть ли не зубами держал. Одну дискету на 640 Кб передавали часов семь.

Компьютерра: По межгороду тоже передавали?

Алексеенко: Передавали и по межгороду. Была микросхема, которая работала буквально 30 минут, потом сгорала. Я так в Тулу что-то передавал. Но съездить, конечно, было дешевле, чем платить за телефон.

Компьютерра: Чем занимается группа NedoPC? Есть ли у неё какой-то коммерческий интерес?

Тимонин: За прибылью мы никогда не гнались. Мы ведь — группа энтузиастов и существуем исключительно для таких же энтузиастов и поклонников платформы «Спектрума». Собственно, за работу, под которой подразумевается прежде всего паяние конкретных плат, берётся небольшая доля, но в целом цена изделий определяется только исходя из себестоимости деталей и заказа разводки платы. Ну, ещё возможен некоторый «амортизационный» процент для создания фонда под дальнейшие проекты. Так, когда в середине двухтысячных наша группа возродила на основе взятых в «Микроарте» схем выпуск плат ATM Turbo 2+, то при себестоимости собранной платы примерно в 2500 рублей продавалась она за 3000 — пятьсот рублей шло за работу по пайке. Впрочем, можно было купить плату по себестоимости, за 2500, в виде голой платы и пакетика с полным набором деталей для самостоятельной сборки (так называемый «конструктор»).

Плата ATM Turbo 2+

Компьютерра: Как к вам в руки попали первые платы из «Микроарта»?

Тимонин: Я перебрался из Литвы в Москву в 1996 году — учился в университете. Адрес фирмы «МикроАРТ» нашёл в книжке «Железо IBM». Не сразу собрался туда ехать, но году в 97-м добрался и хотел купить ATM Turbo. Мне сказали: «Работающих плат у нас уже нет, но игры ещё продаём». Купил игр, а ещё через год заглянул ещё раз. Мне сказали, что уже ничего спектрумовского не продают. Я поинтересовался, не осталось ли хоть каких-нибудь запасов, и мне ответили, что, мол, в подвале что-то валяется и я могу всё забрать, если есть желание. Я в несколько приёмов всё забрал и пообещал, что всё использую. Потом через интернет связался с ребятами. в том числе из Новосибирска — меня просили прислать любые платы, хоть бы и нерабочие. Я так и сделал — всё разослал. Что-то для меня сделали, что-то себе оставили. Полтора десятка плат разошлось в общем. Содержимое дискет я тоже переписал и стал на сайте выкладывать — там был и софт, и документация, и кадовские файлы PSB. На их основе Рома уже стал делать свой компьютер — и изменения вносить, и с глюками бороться... Тогда же зародилась идея сменить файловую систему с CP/M на TR-DOS, ведь весь софт под него написан. Это позволило «подружить» систему с жёстким диском.

Компьютерра: Как началась работа над модификациями ATM Turbo и ZX Evolution? Почему за основу был взят именно ATM Turbo, а не другой популярный клон ZX Spectrum?

Тимонин: В ATM Turbo 2+ были заложены весьма передовые для своего времени особенности: память до мегабайта, ПЗУ до 128 Кб, а с небольшой доработкой — тоже до мегабайта, гибкая архитектура памяти, когда можно любую страницу памяти ОЗУ и ПЗУ включать в любой сегмент адресного пространства, а не в отдельные места, расширенная EGA-графика и палитра цветов, заложенная в ПЗУ возможность сохранения программ резидентом; контроллер XT/AT-клавиатуры с кучей функций и возможности ими управлять программно, а главное — интерфейс IDE, то есть возможность подключить винчестер (на тот момент это был чуть ли не первый спектрум с винтом). Но с программной поддержкой не заладилось. Гибкая архитектура и резидент поддерживались только в паре программ, стандарт работы с дополнительной памятью (свыше 128 Кб) не стал популярным у тех, кто писал программы на «Спектруме», работающие с большими объёмами ОЗУ. Тогда на каждом продвинутом клоне были свои порты по включению верхних страниц: у «Профи» свои, у KAY и Scorpion свои и так далее. Стандарт АТМ был обойдён вниманием. Беда была и с остальным: винчестер поддерживался только во встроенной в АТМ системе CP/M, под эту же систему были написаны разработчиками немногие программы и игры с расширенной графикой. А почти весь основной объём программного обеспечения на «Спектруме» в России был и остаётся написанным под TR-DOS, которая умеет работать только с флоппи-дисководами. Конвертировать тысячи программ под CP/M некому, а часто и невозможно архитектурно. Равно как и под операционную систему iS-DOS, которая могла работать с любыми устройствами, в том числе и с винчестером, через внешние драйверы. Драйвер под АТМ написан не был, хотя под контроллеры IDE, появившиеся на других клонах спектрума, драйвера появились. Поэтому АТМ попал в положение прочих неспектрумовских восьмибитных платформ: возможности есть, но нет достаточного количества программной поддержки, потому что некому её писать, а раз нет программ, то и не появляются пользователи. А чтобы пользоваться исключительно стандартным спектрумовским софтом, АТМ в начале девяностых был слишком дорог, и многие предпочли приобрести модели спектрума попроще, но значительно дешевле.

Компьютерра: Теперь это, наверное, уже не так важно...

Тимонин: Мной была поставлена задача прежде всего путём переработки ПЗУ интегрировать винчестер и TR-DOS. Работа была долгой, в том числе и на подготовительном теоретическом уровне: рассматривались самые разные варианты, искались люди в помощь. Наконец был принят вариант Юры Радаева (UKMS[z]) — организовать в ПЗУ перехват любых запросов к портам контроллера флоппи-дисковода и эмулировать эти запросы в верхнем ОЗУ (причём речь идёт именно о низкоуровневой эмуляции контроллера), благо стандартный TR-DOS-ный диск имеет формат в 640Кб, а памяти в АТМ хватит на это с лихвой и ещё останется. Тогда появляется возможность хранить образы дисков TR-DOS в файлах на винчестере в любой ОС, которая поддерживает винчестер. И грузить из оттуда в ОЗУ, чтобы запускать программы уже из памяти. Итак, ПЗУ в целом было фактически написано заново. Изначально поддержку работы с образами написали под CP/M. Но вскоре, уже благодаря другому моему товарищу, Юре Корсунину, наконец был написан драйвер винчестера под iS-DOS, гораздо более быструю и функционально удобную по сравнению с CP/M, к тому же родную для «Спектрума». А затем вместе с Юрой Корсуниным iS-DOS была радикально переработана под возможности АТМ — в ней была поддержаны гибкая архитектура, резидент, а основным графическим режимом в ней стала расширенная графика. Само собой, были поддержка и работа с образами TR-DOS. Переработанную систему назвали TASiS. Она была закончена в 2006 году и стала последним необходимым компонентом, нужным для популярности АТМ. Теперь содержимое сотни дискет можно переписать на винчестер и оставить дискеты для совсем уж «хитрых» программ, которые не хотят работать через эмулятор контроллера «флопа». Ну а когда появились пользователи и удобная среда, тогда появились и новые программы, как под TASiS, так и под TR-DOS. Вышло несколько игр под расширенную графику, к тому же в новой экспериментальной системе DNA OS встроена поддержка АТМ.

Компьютерра: Теперь вы планируете ещё больше развивать возможности?

Тимонин: NedoPC с самого начала ставила задачу, раскрутив ATM Turbo, создать тем самым фундамент под выпуск совместимого с ним, но улучшенного (с дополнительными возможностями) компьютера на современной элементной базе, и прежде всего на FPGA. Сейчас эта задача успешно решается и близка к завершению. ZX Evolution — это новая модель, ранее выступавшая под рабочим названием АТМ-3. Сейчас ведутся работы по доводке прошивки конфигурации матрицы. Цель — в этой новой модели реализовать самые последние наработки на «Спектруме» и возможность интеграции с популярной в «большом» компьютерном мире периферией. Это окончательный переход на поддержку клавиатуры и мыши PS/2, контроллеры которых, как и контроллер винчестера, встроены в материнку; это и переход на современные носители информации с прицелом на полный отказ от «вымирающих» флоппи-дисков — прежде всего уже реализованная и поддержанная программно работа с SD-карточками, котроллер которых также встроен в материнку. Кроме того, средствами, прошитыми в ПЗУ, поддержана файловая система FAT32 на винчестере и SD, а также работа с CD. Это и 4 Мб ОЗУ, которой «должно хватить на всё», и дополнительное расширение графики (не SVGA, этого не нужно, иначе это будет не спектрум уже, да и кто будет всё это поддерживать программно?), и повышенная тактовая частота — опционально — 14 МГц, с прицелом вплоть до 21 МГц. И, конечно, открытая архитектура — с возможностью подключать дополнительные девайсы через стандартизированные слоты, а не лезть паяльником. Ну и, конечно, возможность подключать всё это к современным «плоским» мониторам — потому как «телевизионные» советские мониторы ВТЦ и подобные уже давно днём с огнём не сыщешь (хотя у меня, например, такой ещё пашет).

Компьютерра: Вы и сами делаете внешние устройства?

Звуковая карта NeoGS

Тимонин: Да, все последние годы, готовясь к выпуску ZX Evolution, группа NedoPC выпускала для «Спектрумов» самые разные устройства. Прежде всего, на современной элементной основе была воссоздана с добавлением новых возможностей (при сохранении совместимости со старыми моделями) спектрумовская звуковая карточка General Sound. В ней не только повышена частота процессора и увеличена с 512 Кб до 2 Мб «набортная» ОЗУ, но также музыку теперь можно грузить в память не только с компьютера, но и с SD-карточки, отдельный контроллер которой тоже является частью GS. Кроме того, теперь можно играть на ней не только трекерную MOD-музыку, но и стандартные MP3.

Компьютерра: Есть ли какая-то большая цель или стратегия? Как вы выбираете, что делать дальше?

Тимонин: Так или иначе, материнские платы клонов спектрума, выпущенных в начале-середине девяностых, в лучшем случае на рубеже двухтысячных, не вечны, тем более что над ними умельцы проводили всякие эксперименты. Рано или поздно они начнут «сыпаться». Необходимо, чтобы те, кто до сих пор не бросил платформу, не «ушли в никуда» или на эмуляторы, а могли заменить их на современную модель «Спектрума», в которой интегрированы самые основные технические наработки. То же касается и тех, кто по прошествии многих лет после того, как ушёл со «Спектрума» и продал давным-давно свой агрегат, но захотел вернуться (бывают такие), не искал по форумам, где купить завалявшуюся на антресолях полурабочую машину, а мог сразу приобрести готовую машину, для которой периферию (клавиатуру, мышь, монитор, устройства внешней памяти и т.д.) также не надо мучительно искать, а затем мучиться с паяльником для подключения, а купить самые стандартные в компьютерном магазине и просто воткнуть в сответствующие разъёмы. И не надо было бы пытаться прочесть что-то с посыпавшихся уже лет десять назад дискет с антресолей — весь основной софт можно скачать из интернета и на SD-карточке перенести на винчестер «Спектрума». Ну а кому всё же надо отыскать на старинных дискетах свои былые наработки, то что ж — дисковод подключить также не проблема.

Чунин: Для многих отремонтировать старую машину просто нереально. Поэтому мы решили сделать такую машину, чтобы работала как телефон: воткнул флэшку, она работает.

Компьютерра: Вы сами паяете каждый компьютер?

Чунин: Прошлую партию я заказывал — там часть компонентов уже напаяна была, а разъёмы я паяю сам.

Компьютерра: И насколько заказ позволит ускорить работу?

Чунин: Партия из 50 компьютеров, думаю, будет готова за полтора месяца.

Компьютерра: И всё разойдётся?

Чунин: Конечно, уже и очередь есть. Некоторые по три платы сразу берут.

Компьютерра: Ещё больше отдать на сторону не выйдет?

Чунин: Не выйдет — у меня столько денег нет. Тогда плата будет стоить не 3800, а все десять. Паять разъёмы — самое дорогое, их нельзя паять машинкой. То есть можно, но нужна специальная машинка — у китайцев такая есть, конечно, но это выйдет существенно дороже. Более того, я и «Альтеру» сам паяю. Пайка одной «ноги» стоит рубль пятьдесят. У неё 208 «ног», соответственно эконом порядка трёхсот рублей. Если бы были тиражи хотя бы порядка пятисот штук, я бы заказывал в Китае, мне бы там всё собирали, и это стоило бы те же три с половиной тысячи за плату. Всякие «Асусы» ведь стоят копейки, но у них и тиражи — даже не пятьсот, а тысяч по десять. Но и пятьдесят — уже неплохо. Я не рассчитывал, что столько плат продам.

Компьютерра: В ZX Evolution используется программируемая матрица. Какая часть компьютера ушла в этот чип?

Чунин: Да практически всё. Внешняя осталась только память, процессор, звук. Сделали Palcoder ещё, усилитель звука, часы добавили. Зато Evolution сделан так, что у него гибкая архитектура. Мы можем обновить схему, просто скачав прошивку с сайта. Добавили какие-то фичи в схему — можно скачать и перепрошить. У нас используется ПЛИС Altera. Микроконтроллер отвечает за всю периферию — мышь, клавиатуру и так далее. Можно было воткнуть всё на FPGA, но мы хотели оставить оригинальный процессор и звук.

Компьютерра: Есть ведь и аналогичные проекты. Там используется другой подход? Сколько вообще у вас конкурентов?

Чунин: В Москве — двое. Вот с KOE я буквально недавно встречался.

Алексеенко: Вообще спектрумист — это очень изобретательный человек. Если ему надо, сделает компьютер заново за шесть месяцев. Даже сейчас на форуме встречаются люди, создающие компьютеры с нуля. Есть, к примеру, «Спектрум» не такой, как у нас. У него главная фишка — микросхема от «Самкопа». Там звук выводится через микросхему Philips. Звук вообще обалденный — на несколько каналов, и каждый канал может менять громкость. Экран — шестнадцать цветов с разной яркостью. Мы этот компьютер потихоньку начинаем переносить, чтобы он поддерживался и в Evolution.

Чунин: Spectrum 2010 ещё есть, но я не знаю, кто его делает. Но там уже нету родных частей. Фишка Evolution — в том, что всё родное. Родной Z80, родной ямаховский музыкальный чип и родная VG93.

Алексеенко: Это как современная музыкальная штучка, но лампы остались.

Компьютерра: Мне интересен такой вопрос: где в переделке старых компьютеров та грань, после которой заканчивается возня со старым железом и начинается что-то новое...

Чунин: Смотрите, вот я вам какую штуку покажу. Это альтеровский набор. Сюда можно запихнуть штук десять «Спектрумов». У неё очень большая ёмкость. Для неё есть и MSX, и ZX Spectrum, есть «Микроши». Достаточно купить стандартную плату за 200 долларов. У неё есть выход на VGA, клавиатуру можно подключить по USB, есть IDE, есть карточка SD.

Компьютерра: И чем это будет хуже, чем Evolution? Звук не тот?

Чунин: Ну не тот, конечно. Да и ощущение не то. Для многих отсутствие Z80 означает совсем не то восприятие.

Тимонин: Ты-то USB поддерживать не собираешься?

Чунин: Собираюсь. Но кто мне для него софт напишет? Может, ты напишешь?

Тимонин: Ну если документацию на русском дашь, напишу, конечно.

Чунин: Ещё бы меня кто-нибудь проспонсировал... Вот следующие штук 50 продадим, денег заработаем — тогда, может, ещё что-нибудь сделаем.

Компьютерра: Но получается, что такая плата только на две тысячи рублей дороже, чем Evolution...

Чунин: Дороже, но тут четырёхслойная плата, BGA-пайка. Для нас это в кустарных условиях недоступно.

Компьютерра: А Z80 до сих пор производят? Для чего?

Чунин: Он во всех китайских контроллерах, во всей китайской промышленности как использовался, так и используется. Для него уже столько всего написано!

Компьютерра: Я слышал, в Китае и сами «Спектрумы» делают.

Чунин: Может, и делают, но мы китайских спектрумистов не знаем. У них в основном MSX распространён. Для него даже игр больше.

Компьютерра: Я так понимаю, в основном «Спектрумы» сейчас используются для демосцены. Как началось это движение?

Алексеенко: В 95-м году прошёл первый Enlight. Огромное количество народу приехало. Много демок было, картинок, музыки. Причём демки были очень сложные в программировании. В следующем году повторили мероприятие. Возьмём вот одну из современных призовых работ. На эту демку у программиста ушло полгода — просто на то, чтобы правильно совместить бордюр. Смотрите — идёт всего на 3,5 МГц. Никто не понимает вообще, как это сделано.

Компьютерра: Вы тоже ведь организуете демопати?

Алексеенко: Да, в 2010 году я организовывал пати и впервые решил сделать призовой фонд. За первое место — 300 долларов, за второе — 200, но для «Спектрума» это вообще небывалые цифры. Это было «демокомпо». Люди прислали 20 демок — это очень много для платформы, которой уже двадцать лет.

Компьютерра: Сколько вообще конкурсов?

Алексеенко: "Хаос" — раз, DiHalt — два, моё — третье. Помимо этого делают в Белоруссии одну пати. С иностранными выйдет пять-шесть конкурсов всего — во Франции недавно конкурс был. Демку можно отослать на любой. Вообще после того, как Ромка начал производство нового железа, дело у нас пошло куда живее.

***

За те несколько часов, что мы провели перед работающим Evolution, я успел удостовериться: несмотря на 2011 год на календаре, «Спектрум» действительно жив, хоть и давно превратился из мейнстримовой платформы в экзотическое хобби. Если кто-то любит собирать модели кораблей в бутылке, то почему точно так же не воссоздавать старинные компьютеры? В отличие от моделей, они по-настоящему работают, мало того — усовершенствованы. В нашей аналогии это, наверное, были бы даже не корабли в бутылке, а настоящие парусники, собранные энтузиастами на частной верфи и пригодные к ходьбе по морю и стрельбе из пушек.

Пока я прощался с хозяином чудо-мастерской, Максим Тимонин упаковывал свой новый компьютер — последнюю модификцию ZX Evolution, собранную в корпусе от старого ПК персонально для него. Ни о какой серьёзной работе на такой машине не может идти и речи, но это нисколько не мешает Тимонину нести коробку словно настоящее сокровище.

Читайте также:

История «Спектрума» в России. Пятнадцать лет назад самым популярным компьютером в России был ZX Spectrum. Как появились первые клоны «Спектрума», и почему они создаются до сих пор?

ZX Spectrum: журналы на дискетах

ZX Specturm: любимые игры

ZX Spectrum: Elite Systems портирует классику на iPhone и iPad

ZX Spectrum как школьный компьютер

К оглавлению