оружие XXI века: Удвоение брони

оружие XXI века: Удвоение брони

Автор: Ваннах Михаил

Рожденный в огне Первой мировой войны, бывший основой мощи сухопутных войск Второй мировой, танк прочно ассоциируется с индустриальной эпохой. Но уходить вместе с нею в прошлое он не собирается. Роль бронетанковой техники не стала менее важной и в XXI веке — в первую очередь благодаря внедрению информационных технологий. Посмотрим, как это происходит на примере основного боевого танка США M1 Abrams.

С танками американцам долго не везло.

Их средний танк времен Второй мировой, M4A2 Sherman, был надежен в эксплуатации и очень удобен в обслуживании. Все же его сделала ведущая автомобильная держава планеты. Но вот беда — столкнувшись на "Втором фронте" с германскими "пантерами", американцы обнаружили, что за каждого уничтоженного нацистского "зверя" надо платить четырьмя или пятью своими машинами. Танков янки выпустили много, 88410 штук, и могли себе это позволить, но, как писал генерал Омар Брэдли, "готовность израсходовать "Шерманы" доставляла небольшое утешение экипажам, которые вместе с машинами должны были израсходовать себя"[Брэдли О. История солдата. М., 2002.]. И M60, принятый на вооружение в 1959 году, положения не исправил. Когда после холодной войны американцам стали известны характеристики советского танка Т-64 конструкции А. А. Морозова, не поставлявшегося за границу, они облегченно признали, что "танкистам НАТО пришлось бы вести против него бой на худших танках с мрачным результатом"[ARMOR Magazine. Fort Knox, Kentucky: U.S. Army Armor Center, March-April 1990.].

Почему же танки богатейшей страны с прекрасными инженерами и квалифицированными рабочими оказались не слишком удачными? Ведь еще M4A2 имели ресурс гусениц в пять раз больший, чем германские машины. По всей видимости дело было не в доступных технологиях, а в отсутствии конструкторов, которые могли бы сравниться с создателями Т-34.

Проблема была осознана в 1963 году главой Пентагона Робертом Макнамарой, известным поклонником системного подхода, склонным замещать методичностью малопредсказуемый талант. Будучи еще и сторонником стандартизации, Макнамара выдвинул проект единого НАТОвского танка MBT-70. С гидропневматической подвеской (как на легендарном автомобиле Citroen DS-19), с мощной броней и — главное! — с уникальной системой управления огнем (СУО).

Системой превосходной, но аналоговой. Следовательно — с массой ручных настроек и регулировок и поэтому очень дорогой.Один MBT-70 получался в случае серийного производства ценой в миллион тогдашних долларов.Слишком дорого даже для Пентагона. Программу закрыли.

Через некоторое время в утешение подрядчикам (они же крупные жертвователи на избирательные кампании) фирма Chrysler начала разработку перспективного танка XM-1[Префиксом X в военной номенклатуре США обозначается экспериментальный образец.], попроще и подешевле (никакой гид равлики/пневматики, более дешевая СУО), но способного противостоять советским машинам на европейском театре военных действий.

С броневой защитой справились, приняв на вооружение английскую броню Chobham[Чобхэм — британский центр разработки танков, где создана композитная броня из слоев стали, керамики, эпоксидной резины, искусственных волокон. Американцы дополнили ее элементами из обедненного урана.]. Башня не круглая, как на предшествующем M60, а составленная из обширных плоскостей. Это сделано для того, чтобы снизить РЛС сигнатуру танка — в 1970-е годы на вооружение поступили самолеты РЛС-разведки наземных целей (то есть M1 — "почти stealth").

Подвижность танку дала газовая турбина в 1500 л. с., выполненная в одном блоке с автоматической (Штаты же!) гидромеханической трансмиссией. Пушка поначалу была неудачная, 105-мм нарезная. Но главная проблема была с СУО. Адекватная задачам (как на усопшем MBT-70) система с комбинированным при целом наводчика и панорамным прицелом командира, оба — с независимыми стабилизациями линий прицеливания[Независимый прицел командира дает ему возможность искать новые цели, пока наводчик уничтожает ранее найденные, что предоставляет значительные тактические преимущества.], обходилась в 43% стоимости танка. Многовато!Вот цена информационных систем доцифровой эпохи!

Ограничились стабилизацией прицела наводчика только в вертикальной плоскости, включив в него тепловизор и сделав окулярный отвод для командира. Независимый прицел командира оставили нестабилизированным.И заметно снизить стоимость СУО позволила установка цифрового баллистического вычислителя, более надежного и дешевого, чем аналоговый предшественник.

В процессе разработки M1 в 1976-77 гг. были устроены соревнования американского прототипа с германским танком Leopard2AV. На вооружение должен был поступить победитель. Германец (наследник "пантер" и "тигров") выиграл все соревнования, кроме стрельбы (для чего американцы отключили в нем систему юстировки прицела[Пушки при стрельбе греются и деформируются, поэтому немецкие инженеры предусмотрели остановку стрельбы после десяти выстрелов, для юстировки прицела. Операция хоть и ручная, но типичный случай обратной связи.]). Тем не менее это обстоятельство дало янки повод продолжить свою разработку. На вооружение М1 поступил (после разборок с GAO[General Accounting Office (Главное счетное управление) — кошмар Пентагона и его подрядчиков. Выходит, что бухгалтеры — главнее генералов.], заставившей оптимизировать все техпроцессы по критерию эффективность/цена) в 1980 году; назван был в честь генерала Абрамса, командующего войсками в финале Вьетнамской войны.

В начальной версии производился до января 1985 года, было выпущено 2374 машины. Но достойным конкурентом нашим Т-72 и Т-80 со 125-мм орудиями М1 не был. Поэтому машину "доводили". Поставили германскую 120-мм гладкоствольную пушку, ввели в боекомплект снаряды M829 с урановым сердечником (да и в броню, с 1988 года, с модели M1A1HA, включили элементы с добавлением урана).

Такие машины (из двух тысяч "Абрамсов" больше половины было с урановой броней) и вступили в бой в ходе "Бури в пустыне". Перед боем их срочно дорабатывали — устанавливали приемники GPS, дающие возможность совершать марши по пустыне, не боясь заблудиться, что давало огромное тактическое преимущество. GPS всем не хватило — на часть машин установили приемники гиперболической системы навигации LORAN.

Результат войны (по данным США) — 2000 уничтоженных иракских танков против 21 подбитых М1, причем все "Абрамсы" оказались ремонтопригодными, а потери личного состава — один убитый и восемнадцать раненых.[Во время кровопролитнейших наступательных операций Великой Отечественной войны безвозвратные потери личного состава танковых подразделений не превышали единиц процентов.А ведь тогда не было ни автоматических систем пожаротушения, ни защитных комбинезонов.] Огромную помощь американцам, имевшим тепловизоры, оказал Саддам Хусейн, зажегший нефтяные поля, окутавшие поле боя дымом и ослепившие иракские танки (у которых тепловизоров не было).

А дальнейшая доработка "Абрамса" вернулась к тому, от чего ушла по финансовым соображениям. На модели M1A2 был установлен и прибор ночного видения водителя, и панорамный тепловизор командира, дающий возможность обозревать поле боя. Но возврат произошел на новом технологическом уровне. И прицелы, и GPS интегрированы с использованием последовательной шины военного стандарта MIL-STD-1553, связывающей их в единую командноинформационную систему. Эдакий танковый интранет.

А дальше — еще интереснее. Системы танков обмениваются между собой информацией через SINCGARS[Single Channel Ground and Airborne Radio System.], образуя на поле боя "интернет" стандарта FBCB2[Force XXI Battlefield Command Brigade and Below.]. В рамках "сети" работает подсистема позиционирования каждой боевой единицы EPLRS[ Enhanced Position Location Reporting System]. И вот эти-то ИТ новшества повысили эффективность танка M1A2 по сравнению с M1A1 на 54% в наступлении и на 100% в обороне.[Никольский М. В. Боевые танки США. М., 2001, с. 152.]

Компьютеры "удваивают" броню! Каким образом? Дело в том, что танк бронирован неравномерно. Толще всего — лоб башни, передняя плита. Верх и корма — заметно тоньше. И если знать, где находится противник, можно подставить ему под удар прочный лоб, а его, в свою очередь, ударить в корму. Не зря же по результатам былых сражений (скажем, Курской дуги) детально подсчитывали, сколько пробоин в корме, борту, лбу башни, маске пушки, вырабатывая на основе этих данных тактику танковых подразделений и частей.

А накинутая на поле боя информационная сеть позволяет,на самом нижнем уровне, командиру танка оценивать обстановку на основании информации, которую успевают ввести в систему и экипажи всех танков, и крутящиеся над сражением вертолеты и самолеты. Увидеть, где противник, и встретить его в лоб, закрытый самой мощной броней. Притаиться за рельефом или строениями, увидеть на дисплее путь неприятеля и совершить маневр, чтобы поразить его в борт или корму. Или навязать бой на дальних дистанциях, используя преимущества своей более совершенной СУО.Так и достигается повышение боевой эффективности отдельного танка.

И дальнейшее развитие бронетанковой техники, программы ее модернизации, тоже связано не только с броней, пушками и гусеницами, но в значительной степени с информационной составляющей танков.